Что может возжелать на своё 41-летие серьёзная женщина, мать подростков и мужнина жена? Конечно, живую крысу.

—Дорогой, — говорю мужу за кофе, — что-то давно по нашему дому не бегали маленькие ножки… Муж поперхнулся. После последнего такого разговора шесть лет назад у нас появилась кошка Валлетта. Предчувствуя беду, попытался малодушно откупиться чем-нибудь из Chanel. Мне на помощь пришла младшая дочь. Сказала, что она тоже давно мечтает о крысе. И что жить ей в этом доме (вздох) осталось недолго (виртуозно пугает отца потенциальным отъездом в колледж, где только научилась?) И нет ей счастья в доме без животных (тут кошка Валлетта очень удивилась).

Детская печаль всегда была бронебойным аргументом для моего мужа. Внутри он сентиментален, как крем-брюле. Со скорбным вздохом размером с гору Джомолунгма глава семейства прошептал: делайте что хотите. И мы сделали что хотели: побежали в зоомагазин.

Надо отметить, что на Мальте крысы, мягко скажем, не популярны. И продаются они обычно как бонус к питонам. Их даже на прилавке не держат. Мы сообща решили, что нам нужны крысы-девочки. Они сообразительные и приятнее пахнут. Всё как у людей. Попросили принести со склада четырёх барышень. По числу членов нашей семьи.

—Выбирать будете? – деловито спросил продавец, —принести вам побольше? Я не очень понимаю, как можно взять одного зверька, а остальных оставить на съедение змеям. Представила себе заголовки в местной прессе, как одна чокнутая русская скупает весь запас крыс в магазине, и теперь мальтийские питоны испытывают дефицит протеина.

Лилибет, Ви-Ви, Дынька

Малодушно отказалась и доверила выбор слепому случаю. Кого принесли в коробке – того и схватила не глядя. Дома муж долго глядел на купленное, в итоге со словами «хорошая, годная крыса» выбрал самую жирную. Посмотрел ей в глаза, сказал: «будешь Владимиром Владимировичем». Вот такое специфичное чувство юмора у человека. Мы с детьми тактично промолчали, но решили, что для всех остальных она будет Ви-Ви.

У хозяйственной Ви-Ви белый фартук на брюшке и перчатки, которые она потешно намывает. Я нарекла вторую крыску Лилибет ака Королева-мать. Смелая, активная девчонка с любопытством больше собственного веса. Ставлю 10 евро, что она первой научится открывать клетку. Подросточки обозначили своих протеже как Silver (Серебро) и Melon (Дынька). Так я поняла, что один ребёнок у меня эстет, а второй просто любит пожрать.

Серебро

Серебро отличилась тем, что успела укусить каждого из нас. Дичится и держится отдельно от всех, ест орешки как не в себя. Начинаем догадываться, почему она стоила всего 5 евро, когда остальные достались нам по 15. Дынька пока выходит из домика редко и по делу (поесть и в лоток). Возможно, это крысиный Диоген. Котик Валлетта садится неподалёку от клетки и наблюдает за крысиной движухой. Она уверена, что мы наконец-то провели ей кабельное телевидение. Вот так в доме стало в четыре раза больше любви.

То, что ещё несколько дней назад было всего лишь звеном пищевой цепочки, на наших глазах обретает имена, характер и индивидуальность. Экзюпери опять чертовски прав про розу, сердце и самое главное. Отношения «хозяин-питомец» всегда обречены и конечны. Нам отмерено всего несколько быстрых лет вместе, а в качестве сомнительного бонуса — память, от которой не спрячешься, и дыра в сердце размером с Солнечную систему.

Каждый раз кажется, что всего лишь приоткрываешь хвостику дверь в дом, а потом оказывается, что ты впускаешь его в самую душу. Наступаешь на сладкие грабли снова и снова, глупо улыбаешься, переходишь на сюсюканье, целуешь в нос, вскакиваешь как подорванный по утрам, чтобы скорее гулять, кормить, чистить, гладить, ругать, лечить, любить… и чувствовать, что живёшь.

О крысах и не только наша гостья Жанна Шульц.