Волосы на ногах — это вообще, конечно, fem-proud. Недавно, как раз началась самая жара, я пошла вечером в магазин в коротких шортах. Иду, а на дороге стоит группа мужиков, такие, знаете, стрёмные мужики, которые любят шутки про изнасилования, покупают секс, бьют своих подруг и чувствуют себя королями жизни — потому что пока, к сожалению, так и есть. И вот я иду мимо них, и они с похотливым видом, без стеснения или других форм рефлексии, поворачиваются всем телом, чтобы проводить глазами мои красивые длинные ноги, которые и правда красивые и длинные, что есть, то есть.

И тут я ловлю краем глаза, как у них лица замирают в растерянности, потому что эти мои прекрасные ноги покрыты волнистым узором рыжеватых волос, тоже, кстати, прекрасным. И в этот момент я чувствую себя очень круто, потому что я родилась и живу не для того, чтобы радовать мудаков, и это классное чувство, когда удаётся их не радовать.

В общем, когда меня спрашивают, почему я не брею волосы, у меня есть прекрасный ответ: потому что не обязана, и вы, кстати, тоже. На самом деле, я всё же периодически хожу делать депиляцию, потому что порой я не готова сталкиваться с вербальным или даже невербальным осуждением окружающих — а если ты не соответствуешь нормативным канонам красоты, уж будь уверена, что ты с ним столкнешься.

Вы, наверное, знаете, что я не только феминистка, я ещё и дизайнерка, я очень люблю всё красивое, я вообще люблю красоту, я невероятная визуалка. Так вот, тот, кто говорит, что волосатые ноги у женщин — это некрасиво, не понимает ничего в красоте, он просто не думает, он просто повторяет то, что прочитал в подростковом журнале. Это не чувство прекрасного, это комплексы и желание нормативности, что я тоже могу понять, но красота тут не при чём. Красота — это искренность и гармония и, знаете, волосы на теле, они тоже входят в эту программу, как и то, что люди разные, и нет ничего ужаснее унифицирования окружающего мира и нас самих в нём.

Ну а ещё, если так задуматься, обязательная практика удаления волос с тела для женщин — это очень мизогинная херня. Я сейчас скажу вам кое-что, и если вы никогда раньше не думали об этом, вы, возможно, даже почувствуете раздражение и злость. Это нормально, я не буду с вами спорить, я просто скажу вам очевидные и очень правдивые вещи, возможно, однажды вы вспомните это.

В патриархальном мире существует очень много практик, которые подчёркивают неравенство мужчин и женщин. Они все созданы искусственно людьми, они не «задуманы природой». Никто из людей, какого бы пола он ни родился, не появляется на свете в парандже, в лифчике и кружевных стрингах или на каблуках. Я не задумываюсь особо о религии, это просто вне сферы моих интересов, но если Бог существует, и ему нравится строить храмы, он абсолютно точно не просил: «А вот тут за стенкой пусть будут женщины молиться, женщин вот сюда». И люди такие: «Господь, но как мы узнаем, кто женщины?!», а Господь: «Это легко, они рождаются парандже и стрингах». Такого точно не было. Всё это — искусственные различия, и они существуют специально, чтобы показать, что мы отличаемся.

Вообще-то, с точки зрения патриархальной теории, зачем весь этот геморрой, если и так, как вы говорите, мужчины с Марса, женщины с Венеры, мы тогда и так должны были бы ОЧЕНЬ отличаться, зачем весь этот маскарад? Но это очень важный для патриархальных сообществ маскарад.

Я вам говорю, если бы в новой конституции был пункт про то, что женщины перестают эпилировать тело и начинают выглядеть как люди, да народ бы уже в палатках стоял у точек голосования, чтобы проголосовать против. Лишь бы в женских джинсах не начали делать нормальные карманы, потому что за все эти отличительные маркеры очень держатся. И вот почему.

Обычно у всех взрослых людей растут волосы на ногах, в паху, подмышками, это один из признаков зрелости, и обычно это происходит как у мужчин, так и у женщин. Волосы не растут у детей. Милых наших, неразумных детей, таких зависимых от взрослых, таких уязвимых. На которых можно срываться, несправедливо обвинять в чём-то, с ними не принято общаться как с равными, с ними свой язык общения. А ещё, и это главное, дети такие же люди, только у них нет всей палитры человеческих прав.

Когда раньше я сбривала все волосы со своего тела и видела у своего партнёра новый похотливый взгляд, меня отчего-то передёргивало. Потом я подумала о том, почему отсутствие волос на теле делает меня в его глазах более сексуальной. Я смотрела на себя в зеркало и понимала, что вот, полчаса назад я была прекрасной молодой женщиной, а сейчас я странный, выросший ребёнок с взрослым лицом. И мне то казалось какой-то формой латентной педофилии. Но потом я поняла, что здесь кроется другая подсознательная история. Я кажусь — менее человеком, менее равной.

Мы живём и взрослеем в системе, где секс — это не про любовь, а про власть. Где слова: «отсоси», «поимел», «вы***бу», «дала» — говорят о власти и насилии, а не о любви. Для выражения агрессии и практик подавления мы используем слова, описывающие сексуальные практики. И сексуальное воспитание у нас базируется на доступном порно, которое просто ужасное. Здесь постоянно демонстрируется секс без согласия, крайняя объективация, унижение и даже причинение боли не по желанию — как рядовая сексуальная практика. Женщины принимают правила игры и держатся за эти догмы, боясь потерять заработанные большим трудом свои смешные привилегии в патриархальном мире. И вот, удаляя все волосы с тела, я не становлюсь красивее. Я просто подтверждаю: да, не волнуйтесь, я буду удобной, я сделаю, как скажете, я буду такой, какой вам приятно меня видеть.

Когда я читала в детстве о холокосте, о геноциде еврейского населения во время Второй мировой войны, я очень удивлялась этой смиренности и покорности. Переехать в гетто? Ладно. Надеть жёлтые звёзды? Ладно. Я читала про Бабий Яр и просто была в ужасе от того, что в городе повесили объявления, чтобы все евреи пришли на Бабий Яр завтра, и они пришли! Боже, это очень страшно, какая обречённость во всем этом, когда сам взбираешься на эшафот. Почему они не бунтовали всей толпой, почему не показывали факи на эти объявления, я не понимала. Но евреи десятилетиями подвергались дискриминации, они привыкли к этому.

Я думаю, что через много много лет наши потомки тоже будут удивляться тому, что женщины добровольно, за счёт своих ресурсов, при этом скрывая это, практиковали все эти «отличающие их от людей» вещи. Но сейчас, из этой точки, когда я хожу с волосатыми ногами, я вижу, что женщины вокруг смотрят на меня. Смотрят иногда с настоящим возмущением и удивлением, но это всё равно остаётся в их головах как вариант нормы. Возможно ещё и потому что я, по общепринятым меркам, красива.

Тем не менее, волосы на ногах — это очень смешно и нелепо для многих, у кого не было феминного опыта. Но это действительно трудно: и феминистки, и вообще женщины, не обязаны ходить с волосатыми ногами и «принимать себя такими, какие они есть», женщины вообще ничего никому не обязаны. Тем более что в патриархальной системе ты никогда не будешь достаточно хороша. Это давление оказывается на тебя с самого детства, и в результате большинство женщин, вырастая, имеют такой разрыв с собственным телом и так его ненавидят, как будто оно предало их.

Женщинам и так сложно, они постоянно должны справляться с харассментом, ходить по тонкой грани, чтобы не быть ни сучкой, ни шлюхой, ни страшной, ни тупой, ни е***анутой. Им приходится работать гораздо больше, нести ответственность за семью и репродуктивный труд, при этом по статистике зарплаты женщин ниже на 30 процентов, и это всё было до пандемии, сейчас положение женщин ухудшилось. В этой ситуации принимать на себя ещё и осуждение и косые взгляды — уже чересчур.

Я сама периодически делаю депиляцию сахаром, у меня довольно высокий болевой порог и свои отношения с чувственностью, мне, например, и татуировки делать нравится, и я получаю удовольствие от процесса чуть ли не большее, чем от результата. Так что депиляция мне в этом смысле недорого обходится. Тем более что мне повезло познакомиться с классной мастерицей, она бодипозитивная, очень весёлая, работает быстро и сама на себя. Ну так вот. Трудно мне удалить волосы с тела? Нет, в общем, даже прикольно поболтать с Надей часок. Нравится ли окружающим больше то, как я выгляжу? Не знаю, наверное, по крайней мере, нет глупых вопросов. Нравится ли мне больше, как я выгляжу? Блин, нет. Но так я тоже люблю своё тело и принимаю его. И я делаю депиляцию исключительно для того, чтобы выглядеть более нормативно. Потому что у меня пока недостаточно ресурсов и авторитета, чтобы сказать «fuck you» даже в таком незначительном вопросе. Но я работаю над этим.

Фото из проекта «Волосатый январь»

Моя мама говорит, что волосы на ногах — это некрасиво. Я говорю, что вообще-то я тут дизайнер, и моё мнение авторитетнее в вопросах красоты, это отражено у меня в трудовой. А она говорит, главное, чтобы нравилось мужу. «Блин, мааам, — говорю я, — почему у моего мужа две мамы, которые хотят, чтобы нравилось ему, а у меня ни одной?» Но как только у Ивана Урганта в гостях будут появляться статусные женщины с волосатыми ногами, моя мама изменит своё мнение и так же с беспокойством будет смотреть на мои гладкие ноги — лишь бы нравилось мужу.

Ну и последнее. Я бисексуальная женщина, что я испытывала к своим партнёркам? Нет, наличие или отсутствие волос на теле не делало их менее желанными, менее сексуальными. Я просто даже не могу представить, чтобы такая фигня развернула этот ураган эмоций, эту маленькую смерть и рождение, эту вселенную, глубочайший трип и потерю земли под ногами. Я думаю, блин, ребят, если для вас это имеет такое значение, то, возможно, у вас и секса-то не было (сочувствую).

На самом деле так много всяких бредовых установок для женщин, не имеющих ничего общего ни с гигиеной, ни со здоровьем. Например, много женщин не идут в плаванье, чтобы не получить «фигуру пловчихи». Недавно я узнала, что оказывается, я делаю зарядку неправильно, потому что накачиваю мышцы живота, которые увеличивают торс, а для женщин есть свои упражнения, которые его уменьшают, и при этом не ставится вопрос, как лучше для женщин, ставится лишь вопрос о том, как было бы удобнее женщинам соответствовать «образу женщины».

У нас в «Феминистки поясняют» есть видос, который мы сняли про женскую одежду. Там Даша произносит очень хорошую реплику о том, что во многом нормативная женская красота сводится к виктимности — тонкие шпильки, на которых не убежишь, и даже стоять на них сложно, неудобная одежда, стесняющая движения, отсутствие карманов, маленькие сумочки. И вот эти ноги, как у детей. Отличие касты людей, которым недоступны человеческие права.

Саша Черноусова, гостья онлайн-журнала «9 марта», феминистка и дизайнерка